Category: медицина

Основная

Свинья

Дохлый поросёнок лежал на полу и внушал сомнения. На страшного звероящера он похож не был.
- Это что, значит, ваш дракон? – поинтересовался рыцарь, ткнув бренное тело теннисной ракеткой. Это ваш ужас, летящий на крыльях ночи?
- Ну, в общем, да, - коллективно смутилось население маленького королевства и густо покраснело.
- Цвет у него какой-то нездоровый, - шепнул тощий как скелет повар городскому палачу.
- И не говори, - ответил тот, откусив сочное зелёное яблоко, и захрустел, предано глядя на рыцаря.
- Это, значит, дракон? – повторил рыцарь, и злобно пнул свинку ногой.
- Ты свинью не пинай, она всё одно дохлая, - садовник соломенной шляпе сплюнул на землю табачную жвачку. – Гарантированно. Вчера яблоками обожралась, и подохла. Ужасная трагедия, просто ужасная.
- Это чем же она ужасная, - ощерился рыцарь.
- Как чем? – удивился садовник. – Ни яблок, ни свинья – убыток один.
- А дракон то тут причём? – рыцарь топнул ногой.
- Вы, молодой человек, ни ёрничайте, - вальяжный бургомистр шагнул вперёд. Он был толст, цветущ, и пах дорогими женскими духами. – Всё правильно, свинья, конечно, свиньёй. А вот дракон – он для туризма. Туризм – он, знаете ли, денежку приносит. Кто что придумывает. Соседи, вон, принцессу каждый раз лет на сто усыпляют, варвары. Бедную девушку так веретеном искололи, что она уже на дуршлаг похожа. Другие за яблочки молодильные три шкуры дерут. А они, между прочим а) только морщинки расправляют (да и то не все) и б) червивые. А у нас – дракон. Настоящий. Даже документ есть, - и бургомистр предъявил длинный пергаментный свиток, украшенный множеством подписей и печатей.
- Так, - рыцарь присел на камушек. – Принцесса тоже, значит, отсутствует?
Collapse )
Основная

Диалоги на косе, свисающей из верхнего окошка высоченной башни

- Хорошо ползём! Здорово, я бы сказал!
- Я бы тоже, если б ты мне всё время ботинком бы на лицо не наступал.
- Да ладно тебе, это же частности. Лицо, ботинок… Вот любовь – это важно! Цветочки классные, правда? Как доползём – сразу ей подарю!
- Только смотри, сразу в нос ей не суй, перво-наперво надо в комнату заползти, а то вдруг у неё аллергия. Чихнёт – только нас и видели. А летать я ещё с того раза не люблю.
- Какая аллергия, ты что? Она ж принцесса, красавица, в короне! Она – и чихать?
- Ты принцесс много видел?
- Конечно! В синематографе, фильму такую показывали. Принцессы, красивые все такие, в рюшечках. Не чихают, чес слово не чихают!
- Не пихай цветочки, не пихай!
- Да ладно тебе! Скажи, красивые?
- Красивые. Красивые, только убери!
- Вот ты возмущаешься – а мне, лично, нравиться. Корчиневенько-зелёненькие такие, цвет, между прочим, очень хороший, природный.
- …
- Ну хватит, хватит возмущаться! Ну, наступил ботинком на нос. Не на ухо же! У носа теперь благородная античная форма образуется. Лепёшки ведь греки придумали, правильно? Или финикийцы?
- Вот скажи, что я с тобой полез. У меня жена, трое детей, работа… Не отвечай, я вспомнил.
- Пессимистичный ты, однако. Пессимизм – он тебе всю жизнь испортит, ты меня попомни. Язва там, кариес, настроение плохое…
- Ты ползи, ползи, ты мне не жена, мне про этот пессимизм жена и так всю плешь дома проела. А я повторять устал – не пессимист я никакой, а самый обыкновенный реалист.
- Да ладно тебе, посмотри лучше, по какой косе ползём. Красивая, шелковистая…
- … прочная. Прочная – это самое главное.
- Тьфу на тебя, опять всё опошлил! Тут красота такая, а ты…
- Ты не плюй, ты ползи, ползи…
- Да ладно, ладно, тут совсем немного осталось, ещё чуточку… Почти… Красота-то какая
- Ну, что там? Скажи, не томи!
Collapse )
Основная

Про мышов и слоней

- Ну что, никто не видит? – прошептал слон.
- Да вроде никого. Людей не слыхать. Они вечно, как слоны топают, - пробурчала мышь.
- Но-но, строго погрозил хоботом слон, не выражаться!
- Чего-чего не делать? – прищурилась мышь. – Фи, как Вы пошлы. А я понимаешь, думала – друг, душу раскрывать можно. А тут не друг, а сноб. Да ещё и с хоботом.
- Ну, извините, если что не так, - обиделся слон. – Хобот, между прочим, не я придумал. Это вон на мамонтов бочку кати – они первые начали.
- Вот так всегда, - съехидничала мышь. – Всех обвиняешь, акромя себя. Слушай, а куда мамонты делись?
- Вымерли, - огрызнулся слон. - Их мыши затравили. Плохими шутками.
- Честно, что ли? – восхитилась мышь, всплеснув лапками. – Счастье-то какое! А ещё говорят что волки – санитары леса. Врут, получается.
- Вас в санитары записывать опасно. Вы ведь на больных не остановитесь.
- Не, не остановимся, - хмыкнула мышь. – Ну что, в картишки?
- Давай, - вздохнул слон и уселся на землю.
- Всё хорошо, но вот зачем ты кабанчика раздавил - я не понимаю, - сказала мышь, тасуя карты.
- Какого кабанчика? – удивился слон и огляделся.
- Позняк метаться, уже никакого, - сказала мышь, протягивая слону колоду. – Снимай.
- Кабанчики какие-то непонятные у неё, мамонты. Сумасшедшая, - прошептал слон, внимательно расклад. Расклад был аховый. Что–то мешало сидеть. Слон поёрзал на месте, устраиваясь поудобнее. Снизу жалобно хрюкнули. Слон подскочил.
- Разбегались тут, понимаешь, в карты спокойно не поиграть, - проворчал он.
- Козырь, - выкрикнула мышь и шлёпнула картой.
- Жулишь, да? – скривился слон, внимательно изучив ситуацию.
- Да как можно? – стукнула себя в грудь мышь и закашлялась.
- Это тебя ОН наказывает! – Сурово произнёс слон, ткнув хоботом в небо.
- Слоник, ты не заболел? – встревожилась мышь – А то я, как санитар леса …
- Не надо, - твёрдо сказал слон, положив карты. - Ты лучше готовься. Вон, человек идёт.
- Эх, - вздохнула мышь. – И вечный бой, покой нам только снится. Готов?
- Готов, - вздохнул ей в ответ слон.
- Р-р-р-р! – грозно зарычала мышь.
- Ой-ой, боюсь-боюсь-боюсь, - жалобно пропищал слон и прыгнул в кусты.

«…Как известно, слоны очень бояться мышей…»
(Выдержка из Большой, Толстой Энциклопедии)