Типа - вот

Ежи были зверь номер один на всей планете Земля. Как Майкл Фелпс, только с иголками. Бегают, значит, странности всякие творят… Может их в зеленый покрасить? Для маскировки. Только вот где столько краски взять – непонятно. Впрочем, не о том речь. Однажды ежи решили спилить дерево…

Дерево стояло посреди леса: большое, красивое, толстое. Прям как жена Лесника. Лесник дерево с уважением обозревал, и временами, воровато оглянувшись, пинал его ногой. Нога болела, Лесник страдал. Но душевно – цвел.
Вот и сейчас он, подойдя к Дереву, занес ногу, и…
- Извините пожалуйста, посторонитесь, - деловито протопали внизу.
- Вы кто? – опешил Лесник, замерев на одной ноге.
- Мы – ёжики, мы – пилим, - терпеливо заметили внизу. И запилили.
- А я вас сейчас арестую! – обрадовался Лесник.
- Сомнительно, - пожали плечами ежики.
- Это еще почему? – удивился Лесник.
- Мы – природа! – назидательно ответил Главный Ёжик, и все ему бурно зааплодировали.
- В общем, хотим – пилим, хотим – нет. Сейчас – хотим.
- Но зачем? – изумился Лесник.
- Нада, - уклончиво ответил Главный Ёжик.
- Политика, - шепнул ошашлелому Леснику Тридцать второй справа.
В этот момент дерево рухнуло. Аплодисменты переросли в овации. Лесник стоял на одной ноге. Он явственно ощущал себя кретином.

Ёжики, неслышным зеленым потоком, несли дерево по лесу. Где и зачем они взяли столько зеленой краски, оставалось загадкой. Дерево мерно покачивалось на их иголках. Иногда, на едва заметных ухабах, оно подпрыгивало. И в этот момент ёжики радостно говорили «Ух!!!» Дерево они носили именно ради этого ощущения.
Где-то в ночи тихо выл на Луну Лесник. Просто так.

Однажды ёжики захотели стать страусами. Для конспирации, наверное. Ёжики – коварные животные, и имеют свои, подлые цели.

В клинике ветеринарной косметологии с самого утра было неспокойно. Что-то витало в воздухе. Помимо мух. Что-то тревожное. Как «Икарус». Но поменьше. Звери и птицы, предчувствуя беду, старательно выли на нарисованную на потолке Луну. Что сильно нервировало Неспокойного Ветеринара. Внезапно вой стих, и по полу застучало множество маленьких лапок. Ветеринар был догадлив, и поэтому, на всякий случай, раскрыл зонтик. В маскировочных целях.
- Здравствуйте, - уверено произнес чей-то голос.
- А я с зонтиком! – храбро прошептал Ветеринар.
- А у нас иголки, - проинформировали снизу. – Сделайте из нас страусов.
- Из кого? - изумился Ветеринар и перегнулся через стойку. На него сурово смотрел Главный Ёжик.
- Из нас, - скромно шаркнул ножкой Ёж.
- А зачем? – ещё больше удивился Ветеринар.
- НАДА! - уклончиво и хором ответили ёжики.
- А у меня все ещё зонтик… - попытался защититься Ветеринар, понимая, что проигрывает.
- Из меня, не страуса, из меня – пингвина!- гордо выступил вперед Тридцать второй еж справа.
Главный ёжик только вздохнул.

Стая страусов и один пингвин стояли и смотрели на песок пустыни. Все они чего-то ждали. Затем налетел ветер.
«ШУРХ», - шепнула им пустыня. «ШУРХ», - шепнули ей в ответ сто тысяч миллионов страусиных ёжиков, вонзивших головы в песок. И лишь пингвин стоял и не шевелился. Он был не такой, как все, я тщательно это демонстрировал.

Однажды ёжики смастерили шкаф. Шкаф простой, деревянный, со старыми ржавыми петлями. "Зачем?" – спросите вы. Вот и я не знаю, зачем. Но однозначно – недоброе затеяли. Потому как шкаф и ежи – понятия малосовместимые. Ну скажите, зачем зверю шкаф? Одежды у него нет, только иголки да злой кусачий нрав. А в шкафах, как известно очень удобно скелеты держать. Отсюда встаёт вопрос главный - а чей скелет они в этот шкаф запихнут? Может быть ваш! Или мой…Так что если увидите шкаф в лесу – бегите от него подальше, ни к чему хорошему он не приведёт. Как и ёжики, которые однажды…

Ёжики смастерили шкаф. Простой шкаф, деревянный, со старыми скрипучими петлями. Были в нём две дверцы, восемь полок и отделение для верхней одежды, маленькая приступка для обуви и паук с паутиной. Шкаф стоял посреди поляны и вызывал чувство лёгкого дисбаланса с окружающей средой. Не вписывался он в неё.
Лесник Иван Фёдорович Крузенштерн, полный тёзка человека и парохода, шёл по лесу широким, вольным шагом деревенского жителя, привыкшего к просторам матушки-природы и отсутствию рукотворных преград. Дорогая кубинская сигара, присланная коменданте Фиделем Русом Кастро, президентом Свободной Кубы, в качестве знака внимания за плодотворную деятельность Крузенштерна по регуляции численности мексиканского тушкана в плантациях сахарного тростника, дымилась в зубах Иван Фёдоровича символом независимости и уверенности в завтрашнем дне. Двуствольное охотничье тульское ружьё его, с вертикальным расположением стволов, марки МЦ106-20, радостно сверкало на солнце. Жизнь была прекрасна и безмятежна. До шкафа.
Иван Фёдорович почесал в затылке и тихонечко выругался. Обошёл шка кругом, осторожно ткнул в него пальцем. Шкаф стоял. За лесником внимательно наблюдали ёжики.
- Это что? – Иван Фёдорович Крузенштерн сурово посмотрел на Главного Ёжика.
- Шкаф, - неожиданно смутился тот.
( - Какой такой шкаф? )

Однажды ёжики захотели Мечту. Взяли – и захотели. А если ёж чего-то (или кого-то) хочет, то он этого обязательно добьется. Любыми методами. И если видите, что ёжик чего-то хочет – прячьтесь. Потому как опасное это дело – на его дороге стоять. Особенно, если он не один, а стаей. И за Мечтой.

Склад был старый, пыльный и сильно погрызенный крысами. Стены его – вперемешку доски-бетон-алюминий - давно требовали покраски, а предметы, скопившиеся на полках, поражали воображение своим многообразием и бессмысленностью.
Смотритель склада скучал. Он скучал так уже лет тысчу, а может, и целых две. На носу у него сидели потрескавшиеся очки и мохнатый паук в колпаке с бубенчиками, на пальцах фальшиво сияли тусклые золотые кольца, а холодные голубые глаза внимательно смотрели на мир, фиксируя любые происходящие в нём изменения. Вон полетела муха, вот лучик света проник сквозь прохудившуюся крышу, кто-то к стойке протопал… К стойке…Протопал…
- Не отдавайте им! – тихо прошептал голос снизу.
- Не понял… - ошеломлённо произнёс Смотритель.
- Ни за что не отдавайте! – жаркий шёпот стал громче – внизу явно встали на цыпочки в надежде быть услышанными.
- Так не отдавать-то что?! – Смотритель попытался разглядеть посетителя, однако стойка была широкая, а тянутся было лень.
- Ничего не отдавайте, - прошептали из-под стойки.
- Кому не отдавать-то?! – Смотритель начинал терять терпение, а паук на его носу нервно вязал флаг кубинской революции.
( - Им,  )

Опасное это занятие – думать. Начнёшь один раз - и остановится уже не можешь, всё думаешь и думаешь, размышляешь что-то сдвигаешь силой мысли горы, крадешь телепатически пирожки и головой пухнешь, весь такой сосредоточенный. Вот обезьянам проще, им думать не надо, им надо вкусный банан и чувство собственного достоинства. Так что страшное это дело, в любом случае, У людей то оно конечно страшное, синдром, знаете ли, но когда ёжики подобным непотребством занимаются – это уж совсем через край. И ведь не спроста это, как есть неспроста, недоброе они думать будут, как есть недоброе, поэтому нельзя допускать, что бы однажды…

Однажды ёжики захотели думать. Глобально. На весь свет и окружающую их действительность. Это желание пришло к ним внезапно, совершенно неожиданно, в самый обычный, ничем не выделяющийся миг их ежиной жизни, во время привычного, ежевечернего просмотра фильма режиссёра Стэнли Кубрика "Космическая Одиссея 2001 года". Это странное желание набросилось на них, словно лев из засады, и впервые за долгие-долгие годы привело ёжиков в смятение. Странное чувство зашебуршилось под их иголками. А когда шебуршится странное чувство – ёжики не сидят на месте.

Невероятно Мудрый Учёный сидел в кресле, запахнувшись в красный парчовый халат, и почесывал левой голый волосатый живот, изредка делая глоточек крепкого кофе. Время от времени он нагибался вперёд, приставлял глаз к окуляру огромного телескопа и изучал в него бескрайнее звёздное небо.
- КХМ, - вежливо прокашлялся кто-то из окна.
- Да-да? – Невероятно Мудрый Учёный был довольно рез для своего возраста, и успел спрятать бутылку с коньяком настолько быстро и аккуратно, что по пути всего лишь разлил кофе, разбил телескоп, и упал на коллекцию нецке, которую собирал двадцать лет (к сожалению, эти хрупкие старинные статуэтки оказались настолько чувствительными к падению на них 83-х килограммового тела, что ни одна скульптурка не уцелела). Вытряхнув из бороды осколки, уёный поправил на голове тюбетейку, и, приняв достойный вид, повторно спросил:
- Да-да?
( - Коньяк у вас хороший, )

Однажды ёжики решили, что всё будет хорошо. Как эта мысль прокралась в их коварные, усеянные колючками головы – я не знаю. Но к добру это не приведёт, я вам говорю, как главный ёжиковед мира. Страшным это закончится. Ибо ёж – существо хитрое, злобное и безжалостное. А то, что оно добрым притворяется – так это что бы всех обмануть. Потому вы как хотите, а я лучше спрячусь. Под стол. Ибо если ёжи решили, что всё будет хорошо, то…

Дверь вышибли тараном. Обломки её, задумчиво повисев в воздухе 2 и 76 сотых секунды, плюхнулись на пол и затаились.
- Здравствуйте, - вежливо произнёс Главный Ёжик и бочком протиснулся в проём. За ним аккуратно, перешагивая через фрагменты двери и стараясь не греметь многочисленными музыкальными инструментами, пробралась вся стая.
Фея, застывшая в позе статуи "Кухарка управляет государством", уронила на пол поварешку. Та, звякнув, укатилась под кровать. И всем сразу стало неудобно.
- Извините, - буркнул Главный Ёж. – Мы ненадолго. И с дверью как-то неудобно получилось.
- Ы-ы-ы, - фея попыталась что-то сказать, но, к сожалению, растеряла все слова – они стремительно разбежались по углам и теперь нагло и беспринципно показывали оттуда язык.
- Абсолютно верно, - судорожно сглотнув, Ёжик лапкой смахнул пот. – Мы тоже так считаем, верно, ребята? – резко обернулся он к стае, и все кроме тридцать второго ёжика справа, дружно кивнули.
- Я не согласен, - гордо пискнул он.
- С чем? – сурово спросил Главный Ёжик.
- С "Ы-ы-ы", - шмыгнул носом Тридцать второй справа. – Как-то неубедительно прозвучало.
- Ы-ы-ы, - ещё раз промычала фея.
( - Во-во, видите! Что я говорил! )

Однажды ёжики решили вернуться. «Почему?» – спросите изумлённо вы. «Нада!» - уклончиво ответят эти наглые твари. Коварства им не занимать. Вечно строят козни и грозят миру если не разрушением, то глобальной катастрофой как минимум. Вам страшно? Мне – очень. Это потому, что я знаю больше вас и представляю все последствия того ужаса, что они с собой принесут. Но вы смеётесь? Зря, честно скажу, зря. Пускай вас не вводит в заблуждение нос-пуговка, смешные иголки и маленькие, чёрные глазки. Ёж – хитёр и коварен. Он хищник, и гуляет сам по себе. И я иду копать погреб, с бетонными стенами, крепкими потолками, и запасами еды на зиму. И всё потому, что однажды…

…ёжики решили вернуться. Шёл снег. Трескучие морозы оставляли на заиндевелых деревьях причудливые сосульки самых прекрасных и удивительных форм. Воздух замирал движением, дыша и опадая на снег снежинками радости. Лес молчал мгновеньем тишины. Скрипел ледяной покров. Шли ёжики.
- Вы это чего? – удивлённо спросил лесник, увидев процессию.
- Мы идём, - пояснил второй слева ёжик из заднего ряда, моментально схлопотал подзатыльник, покраснел от смущения, обиделся, ушёл за куст и заплакал. Главный Ёж сурово посмотрел в сторону образовавшегося беспорядка, неодобрительно покачал головой. Затем посмотрел на лесника, вздохнул, решительно сказал:
- Мы идём, - и потёр лапой нос.
- А зачем? – удивился лесник.
- Нада, - уклончиво ответил Главный Ёжик.
- Не понял, - лесник почесал в затылке.
- Чего не понял? – удивился Главный.
- Идёте что, - лесник посмотрел на Ёжика честными глазами. Глаза были голубые, ясные, незамутненные мыслью, и тщательно обработанные алкоголем.
( - НАДА, )

Однажды ёжики решили сыграть в карты. Мне кажется, что это заговор. И прекратите вызывать санитаров, ёжики способны на любые подлость и коварство! Свободу человечеству!

Владелец магазина «Карты, глобусы и кастрюли для варки супов с горошком» отличался высоким самообладанием, и только удивлённо приподнял очки, когда в его магазин стройной колонной зашли ёжики.
- Здравствуйте, - тихо сказал он.
- Здравия желаю, - чётко, почти по-военному, произнёс Главный Ёжик.
- Чего желаете? – осторожно спросил Владелец магазина.
- Нам нужны карты, - сказал Ёжик и пристально посмотрел на Владельца.
- А Вам зачем? – полюбопытствовал Владелец магазина.
- Нада, - уклончиво ответил Главный Ёжик.
- И всё-таки? – не отступал Владелец. – Карты – они разными бывают. Вот что вы с ними делать собираетесь?
- Играть, - смущённо прошептал Главный ёжик и оглянулся. Вся стая разбрелась по магазину и делала вид, что она абсолютно не причём.
- Играть? – изумился Владелец магазина. - Ну, тогда у меня есть прекрасные игральные карты, - и достал колоду.
- Нет, - гордо сказал Главный Ёж. – Нам не нужны ТАКИЕ карты. Нам нужны правильные, настоящие карты. А это – гнусная подделка.
- А какие - настоящие? – опешил Владелец.
- О, я Вам сейчас расскажу! – воодушевился Ёжик и горячо, изредка сбиваясь на фырчанье, принялся объяснять. Владелец магазина торопливо за ним записывал.

Ёжики играли в карты. Самые странные, самые необычные и самые настоящие карты в мире. Что думали они при этом – никто так никогда и не узнал. Потому что карты – это Вам не просто так. А ко всему, что не просто так, ёжики относятся очень серьёзно.

Однажды ёжики танцевали под дождём. Как могут танцевать под дождём животные? – спросите Вы. И будете абсолютно прав. Но ёжики – необычные животные. Скрытные и таинственные. Они никогда ничего не делают просто так. Вряд ли мы сможем разгадать их порывы. А когда нам откроется тайна – будет уже слишком поздно. А пока…

Ёжики танцевали под дождём и пели. Прямо посреди главной улицы усталого города. Танцевали легко и красиво, отбросив предрассудки и условности. Их босые пятки шлёпали по лужам (Почему босые? А вы видели ёжика в ботинках?), а с их иголок стекали капли и мягко шлёпались на землю. Прохожие испуганно расступались и застывали на месте, завороженные этим странным и прекрасным зрелищем. А ёжики не обращали на них никакого внимания.
- СТОП! – встал посреди дороги Мэр города. И взмахнул часами на цепочке. Ёжики остановились. – Что это вы за беспорядки разводите, почему спокойствие и нормальность пешеходного движения нарушаете?
- У нас гон. Нам можно, - сказал Главный Ёжик. И показал большую бумагу с круглыми печатями.
- Какой такой гон? – удивился Мэр города.
- Осенний, - протянул ещё одно разрешительно удостоверение Ёжик. Печатей на ней было ещё больше, изредка попадались даже треугольные, а слово «Осенний» было жирно выделено и подчёркнуто дважды толстым красным карандашом.
- А почему по главной улице? Не положено! – попытался перейти в атаку Мэр.
- Дело в том, что ёжики – создания прямые, кривых линий не понимают, - сказал Главный Ёжик, надев очки и зачитывая текст по бумажке. - Министерство природы вошло в наше положение и разрешило проход по Самой Прямой и Главной улице. За это мы обещали остальную часть города не трогать. Как я уже сказал, ёжики – создания прямые. Могли быть последствия. Вопросы есть? – посмотрел Главный Ёж на Мэра из под очков.
- Нет, - дрожащий Мэр сел на краешек тротуара и утёр платочком вспотевший лоб. – И часто у вас этот… Как его там? Ну, вот, Гон!
- Да как Вам сказать, - Ёж задумчиво протёр очки.- Большой раз пять шесть за сезон, а Малые… Ну раз по восемь на неделе может быть.
- А чем Большой гон от Малого отличается? – заинтересовано спросил Мэр города.
- Размерами, естественно! Экий Вы бестолковый, однако! – рассмеялся Ёжик.
- А это какой? – вдруг спросил Мэр, и, взглянув на Главного Ёжика, понял, что ответа получать явно не желает. Но было уже поздно.
- Малый, конечно! – радостно ответил Главный. Тысячи ежиных лап захлюпали по лужам, прейдя в движение. Мэр поджал ноги и с тоской смотрел на прыгающую по лужам стаю.
- Слушайте, а зачем вы танцуете? – в отчаянии спросил он. Этот вопрос тревожил его больше всего, но он до самого последнего момента боялся его задать.
- Нада!- уклончиво прокричал издалека Главный Ёжик.- До вечера!
Мэр печально вздохнул, и, напялив шляпу, угрюмо поплёлся к дому.

Ёжики танцевали под дождём. Вскоре к ним присоединились прохожие.

Однажды ёжики решили устроить митинг. Громкий и помпезный. Зачем? Непонятно. Наверняка коварность, какую, замыслили. Или того хуже: злоумыхлость. Ёжики существа дикие и недобрые.

На ядовито-зелёных транспарантах было большими белыми буквами написано «НАДА!» Вся стая радостно шумела и топорщила иголки. Главный Ёж отеческим взглядом изучал толпу, изредка склоняя голову к советнику, который что-то нашёптывал ему на ухо, кивал и лениво махал ёжикам лапкой. Те неистововали. Наконец, Главный Ёжик довольно кивнул, и подошёл к установленному на трибуне рупору. Шум стих. Задние ряды нетерпеливо приподнимались на задних лапках, стараясь разглядеть то, что происходит впереди.
- Ёжики! – начал Главный и тот час же умолк, оглушенный аплодисментами. Он смущённо оглянулся на приближённых. Те подобострастно смотрели на него и дружно били в ладоши. Главный Ёжик повернулся к толпе, кашлянул. Овации понемногу стихли.
- Ёжики! Пришёл тот день и час, когда мы можем говорить свободно! Пришло то время, когда ёж, несмотря на сопротивление окружающего мира, может гордо поднять свою мордочку и уклончиво сказать…
- НАДА!!! – дружно закричали ежиная стая. Вновь грянули аплодисменты.
- И правильно! Потому что ёж – венец природы! Значит, что дадено природе, завсегда – наше! И мы не позволим всяким реакционно-настроенным Сказочникам катить на нас бочку! – Главный Ёж погрозил мне пальцем, а я – показал язык.
- НЕ ПОЗВОЛИМ! - как один вскочили ёжики и разразились овациями.
- И правильно! - стукнул по трибуне Главный Ёжик. – Мы не позволим насмехаться над нашими иголками! Ежи – гордый народ! И у нас есть наше…
- НАДА! – уклончиво скандировали ёжики.
- Мы – величайшие! Нет никого выше нас! И МЫ НЕ …
И тут с неба спустился в Сиянии славы и Наисмешнейшего юморного блеска Евгений Ваганович Петросян. Все ёжики, как один, благоговейно преклонили колени. И сразу стало тихо.

Ёжики соорудили трон, на который воссел Наисмешнейший пророк. Они бегали по лесу и пели осанну. Евгений Ваганович Петросян благодушно внимал. А Главный Ёжик счастливо плакал и думал: «Чудо-то, чудо-то какое! Пришёл, осенил Своим светом. Теперь только Радость будет».

Сказочка выпущена на средства представительства Церкви Наисмешнейшего в сети - petrosyan_cult

P.S. Коментарий ёжиков: это поклёп, вымысел и сказка.

P.P.S. Кометарий автора: да кто ёжикам поверит?

Однажды ёжики решили умереть за паровозы. Зачем, как, почему – вы меня не спрашивайте. По ёжикам я не эксперт, они сами по себе, я сам по себе. Они – коварствуют, я – открываю миру глаза. Но насчёт умереть – это они хорошо придумали. Только приветствую. За, можно сказать. Обеими руками. Ежам не место в цивилизованном мире. Но как-то мне это всё подозрительно. Ведь ёжики никогда ничего не делают просто так. Зачем же они хотят умереть за паровозы?

- Начальник! Начальник! Там того! Этого… - стрелочник Кузьмич нервно крутил в руках картуз.
- Кузьмич! Сколько раз я тебе говорил – не тревожь, не тревожь хозяйский сон! – вальяжно сказал начальник станции и лениво стегнул Кузьмича розгой по тощему заду.
- Благодарствуем, барин, - сказал Кузьмич, согнувшись до полу. – Токма дело срочное, неотложное.
- Ну что Кузьмич, что в нашей дыре может быть неотложного? – спросил начальник станции, чеша давно немытую пятку.
- Ежи! – громко прошептал Кузьмич. И страшно выпучил глаза.
- Какие ежи? – опешил начальник станции, моментально усевшись на кровати.
- Серые! На рельсах. Лежат, как Каренина, трагически так. А в лапах – транспаранты. А на транспарантах – надпись. «Умрём», пишут, «за поезда!».
- Да, странное дело. За ежей-то нас не погладят по головке. Выпрут, как есть выпрут, если ситуацию не разгребём. Пошли-ка туда, разберёмся, - и начальник, напялив халат с розами и турецкую феску, энергично пошёл изучать ситуацию на местах. Кузьмич, изредка подпрыгивая, засеменил за ним следом.

Ежи лежали на рельсах скорбными, стройными рядами. Колыхались знамёна и транспаранты, Главный Ёжик красивым тонким голоском вытягивал песнь о тяжкой судьбе паровозов, которые летят вперёд. Начальник утёр непрошеную слезу и громко высморкался.
- Умрём за паровозы! – вдруг истерично вскрикнул на рельсах маленький ёжик, приподнялся на одной лапке – и снова опал.
- Слушай, Кузьмич, делать что–то надо. Пропадём ведь так, они настроены то серьёзно. У ёжиков же такие связи и такие возможности – только держись. Слышал, что с Главным Руководителем полётов случилось? То-то. А уж у него такие возможности для противодействия были, что нам и не снилось. И что им эти паровозы сдались? – почесал начальник пробивающуюся лысину. – У нас их и нет давно. Кузьмич, вот есть у нас паровозы?
- Да один вроде завалялся, - задумчиво сказал Кузьмич. Затем поймал в бороде вошку и раздавил её двумя пальцами.
- Кто же тут главный у них? – начальник пристально присматривался к ёжикам. – Тот, что поёт, наверное. Он на рельсах не сидит! – и обрадовался своей догадливости.
Начальник станции подошёл к Главному Ёжику и кашлянул.
- Да-да? – прервал пение Ёжик.
- Скажите, а в чём смысл акции? Зачем вы хотите умереть, да ещё за паровозы? – спросил начальник.
- Нада, - уклончиво ответил Главный Ёжик.
- Слушайте, но так же нельзя! – возмутился начальник станции.
- Можно, - спокойно ответил Ёж.
- Но у нас же почти нет паровозов! – воскликнул начальник.
- И? – поднял Главный ёжик бровь.
- Хорошо, сдаюсь. Зачем вам умирать? Ведь жизнь прекрасна! – затем начальник нагнулся и шёпотом спросил: - Может, паровоз возьмёте? Последний! Почти как новый!
- Ещё вагон угля, провиант и свободную ветку до Бобруйска, - жестко поставил условия Главный Ёж.
- Слушайте, а зачем Вам в Бобруйск? – удивился начальник станции.
- Нада, - второй раз за вечер уклончиво ответил Ёжик. И принялся сворачивать флаги.

Паровоз нёсся на всех парах вперёд, к светлому будущему и городу Бобруйску, который ещё не знал, какое счастье на него должно было свалиться. «Съезд жЫвотных пройдёт по расписанию!» - довольно думал Главный Ёжик. «И мы покажем всем, где раки зимуют! И даже проводим! Пусть знают дорогу!» Играл гармонист, ёжики плясали, пели, радовались жизни. Революция была неизбежна и неотвратима. Как ёжик.

За что я люблю своих читателей - так это за несомненную творческую жилку. Спецапдейт от green_simbir Читаем, утираем слёзы8) Кто то ещё? Если понравиться - добавлю8)

Начальник наклонился над брошенным транспорантом. Сквозь "Умрём за поезда!" проступала старая, стёртая краска:"Отдайте ёжикам Луну!".
"Куда ж они детей-то дели..."-вдруг с ужасом подумал Начальник.
-Эх, легко отделались, барин - перевёл дух Кузьмич, глядя вслед пыхтящему на горизонте паравозу.Начальник, ошарашенный своей мыслью, таращился на красные тряпки у ног. Кузьмич даже не подозревал, насколько был прав.

Однажды ёжики захотели Турдук. Зачем ёжикам Турдук? Никто не знает. Да и вряд ли мы сможем когда-нибудь понять этих загадочных зверей. Наверняка они собирались использовать этот опаснейший предмет в преступных целях. Например, захватить мир. Но Турдук так просто не найдёшь! Ха-ха! Хо-хо? Нет?
Зря, зря радовалось всё прогрессивное человечество. Эти паршивцы отправились в Особую лавку.

В Особой лавке было тихо. Продавщица сидела за прилавком и читала неизданные мемуары Сальери «Моцарт, или как аффтар выпил йаду». Книга была захватывающая, драматическая, и проглатывалась на одном дыхании. Зазвенел колокольчик у входа.. Продавщица подняла голову. На пороге Лавки стояли ёжики.
- Здравствуйте, - сказал Главный Ёжик. – Нам нужен Турдук.
- Там, на полке, - сказала продавщица и уткнулась носом в книжку.
- Нада, - уклончиво ответил Главный Ёжик и изумлённо смолк. Что-то было не так.
- Ну что стоите? Берите, берите. Вон там, во втором ряду, крайняя справа, - ткнула пальцем продавщица, не отрываясь от книжки.
- Что, вот так подойти и взять? – осторожно спросил Ёжик.
- Конечно, - ответила продавщица.
- И Вам не интересно, зачем нам это нужно? – изумился Главный Ёжик.
- Да мне то какое дело. Нада, значит нада. Моё дело маленькое: сиди- продавай.
Ёжик с опаской посмотрел на продавщицу и оглядываясь, будто ожидая подвоха, подошёл к полке. На полке стоял Турдук. Главный Ёжик осторожно тронул его коготком. Турдук зашипел. Ёжик испуганно отпрыгнул и нервно посмотрел на продавщицу. Та с аппетитом грызла яблоко, листала Сальери и не обращала на покупателя никакого внимания. Главный Ёжик снова прикоснулся к Турдуку. Тот опять зашипел.
- Настоящий! – в восхищении сказал Главный Ёжик. И расплылся в улыбке. Вся стая принялась радостно перешёптываться.
- Ну что, берёте? - спросила продавщица.
- Конечно! – сказал Главный Ёжик.
- Деньги? – поинтересовалась продавщица.
- У нас только… Вот, - и Ёжик высыпал на прилавок горстку золы.
- Эх, и почему всегда всё не как у людей, - вздохнула продавщица, сметая пепел в ящик. – Теперь мучайся, восстанавливай их. Ну хорошо хоть не капуста, - смягчившись, сказала она. – Получите, - и протянула ёжикам пакет, в котором лежал Турдук.

Турдук стоял посреди поляны, искрясь и переливаясь на солнце. Дул свежий ветерок. Он колыхал иголки ежиной стаи, которая собралась здесь в полном составе. Главный Ёжик осторожно подошёл к Турдуку и прикоснулся к нему. Турдук зашипел. И Вселенная ответила ему тем же. Начиналась эра Ежей.

Однажды ёжики захотели летать. Несомненно, с коварными целями. Вот скажите, для чего может ёжику пригодиться летать? Яблоки и так на землю падают, ужики по земле ползают, а не на деревьях растут. О грибах вообще не говорим. Значит, каверзу какую замышляют. Или и того хуже.

Лётчик Торопыкин шёл по взлётному полю к своему самолёту. В руке у него был бутерброд, с маслицем и колбаской, и он, громко чавкая, с удовольствием жевал его.
- Это Вы летать учите? – внезапно раздался строгий голос.
Торопыкин подавился бутербродом и огляделся. Вокруг никого не было. Он потряс головой.
- Так это вы летать учите? – снова спросил голос.
- Ну, я, предположим, - осторожно ответил Торопыкин. – А кто спрашивает?
- Мы, - вышел из травы Главный Ёжик.
Торопыкин снова подавился бутербродом и шлёпнулся на траву задом. Ёжик сурово смотрел ему в глаза.
- Слушайте, а зачем вам летать? – прошептал Торопыкин.
- Нада, - уклончиво ответил Главный Ёжик.
- У вас что, и самолёт есть? – изумился лётчик.
- Какой самолёт? Зачем самолёт? – удивился Ёжик.
- Ну, самолёт. Что б летать, - пояснил Торопыкин.
- Нет, нам так надо. Без самолётов, - серьёзно сказал Главный Ёжик.
- Ну, так это же совсем просто! – злорадно сказал лётчик Торопыкин, которому помешали есть бутерброд. – Встаёте, вытягиваетесь, распускаете иголки, и передними лапами начинаете быстро-быстро махать. И летите.
- Так? – спросил Ёжик, встав на задние лапки, вытянувшись и быстро-быстро замахав передними.
- Ага! – хихикнул в кулак Торопыкин. – Короче, тренируйтесь, - и, ухмыльнувшись, зашагал по полю, подкидывая в руке яблоко.

За его спиной ёжики медленно поднимались в воздух.

Бойся, летчик, мелко дрожи,
Взором последним окинь небосвод...
То пролетают по небу ежи,
Ёжики - гордый и смелый народ!*

*стих radist_chingiz

Однажды ёжики решили съездить на экскурсию. В Ад. Всем известно, что ада не существует. Но ёжиков это не останавливало. Ёжики – они ж решительные. И с иголками. Если чего-то нет в природе – им это не помеха. Всё равно найдут. Хуже налоговой. Те хоть люди, им что-то объяснить можно, поплакать на плече. А эти – звери. Им плевать.

В ворота Ада постучали. Чёрт, отвечавший за вход, хлестнул по ноге хвостом, и отдвинул заслонку смотрового окошка.
- Кто там? – сонно спросил он. И встрепенулся. За воротами никого не было.
- Ёжики, - ответили ему.
- Какие ёжики? – не понял чёрт.
- На экскурсию.
- Какую экскурсию? – занервничал чёрт.
- Обзорную. По Аду, - сказали из-за двери.
- А зачем вам экскурсия? - удивился чёрт.
- Нада, - уклончиво ответили ёжики.
- А у нас обед, - обрадовался чёрт. – Так что закрыто. И вообще, день сегодня не экскурсионный. И неделя. И месяц.- Затем подумал, почесал затылок хвостом.
– И год! – добавил он. И захопнул окошко.
- Мы же всё равно войдём, - предупредили ёжики. – Вы уж лучше по-хорошему, откройте.
- Ни за что! Не войдёте вы! Наши ворота даже динамит не всякий возьмёт!
- Ну, это зависит от количества динамита, - сказали за воротами.
…Когда чёрт летел по воздуху, он очень, очень некультурно выражался. Но было уже поздно.

По развалинам Ада бегали и фотографировались ёжики. Немногие уцелевшие черти сидели на обломках и тихонько жалели грешников. Они понимали, что Ад только начинается. И в этот раз он будет Настоящим. Ведь ёжики не терпели полумер и ко всему относились очень серьёзно.

Однажды ёжики решили ограбить Банк. Зачем? Неизвестно. Ёжики животные скрытные, неразговорчивые и опасные. Отправились их зоологи о прошлом годе изучать – и не вернулись. Наверное, съели их. Ёж ведь, он как: что не съест, то понадкусывает. Так что шансов у зоологов мало. Хотя и есть. Ёжики их в чащу могли заманить. Тогда зоологи оттуда ещё года три выбираться будут. А там комаров видов этак пять, или шесть. Тысяч. Так что им из зоологов в энтомологи срочно переквалифицироваться придется. Зато коллекцию соберут, карьеру сделают, поскольку неизвестных видов среди комаров много, их, видов этих, и не считал никто, все сразу прибить норовят. Коварный зверь Ёжик, нет страшней него в лесу хищника.
Банк ёжики выбрали большой, солидный. На мелочи ёжики размениваться не любили. Они были серьёзными животными.
Ровно в 8:00 охранник открыл дверь Банка.
- Здравствуйте. Это ограбление, - сказал Главный Ёжик и поправил сбившуюся маску.
- Ой, Ёжик! Ой, грабят! Ой, не могу! – заржал охранник. Кассиры и управляющий подхватили. Охранник, смеясь, схватился за спинку стула. У стула подломилась подгрызенная ёжиками ножка, он хрустнул, зашатался, охранник упал на пол, ударился головой и потерял сознание. Все сразу замолчали. Воцарилась тишина. Все уставились на Главного Ёжика. Тот смущённо кашлянул и щёлкнул пальцами. Из всех щелей хлынули ёжики и заняли ключевые позиции и угрожающе оскалились. Работники банка, выпучив глаза, подняли руки вверх.
- Вы управляющий? – спросил Главный Ёжик у толстого человека в очках. И опять смутился. Даже сам не понял, почему.
Управляющий судорожно кивнул.
- Нам бы денег… - сказал Ёжик.
- Они заперты. А у меня ключа нет! – обрадовался управляющий.
- У нас есть, - успокоил его Главный Ёжик. И показал на груду динамита.
Управляющий со вздохом полез за ключом.
- Зачем вам столько денег? – уныло спросил управляющий, наблюдая за тем, как ёжики опустошают сейф.
- Нада, - уклончиво ответил Главный Ёжик.

Осенний лес был закутан в прекрасный багряно-золотой покров. Вся ежиная стая собралась на опушке и жгла деньги. Ёжики прыгали вокруг костра, подпаливали эти бессмысленные бумажки и кидали их в воздух. Горящие деньги летели в небо, оставляя за собой красивый огненный след. А ещё…
Ещё ёжики пели.

Однажды ёжики решили взорвать мост. Изверги. Хороший мост, почти новый. Всего полвека, как с гарантии сняли. Что б вы все знали, ёж – первейший вредитель и враг всему доброму и светлому на земле. Особенно демократии. Поговаривают, что Буш с ёжиками воевать хотел. Но испугался. И правильно. От ежей любой подлости ждать можно.
Мост взрывали под утро. Часовой мирно храпел и видел замечательные сны. Вдруг кто-то толкнул его в ногу.
- Стой, кто идёт?! – встрепенулся часовой и два раза выстрелил в воздух. Затем оглянулся. Вокруг никого не было.
- Спокойно, свои, - сказал снизу уверенный голос.
- Кто свои? – осторожно спросил часовой.
- Ёжики, - сказал голос.
- А вас много? – ещё более осторожно спросил часовой.
- Очень, - кивнул Главный Ёжик.
- А что вам, ёжики, надо? – спросил часовой, бочком подбираясь к ограде моста.
- Мост взорвать, - твердо ответил Ёжик.
- А зачем вам мост взрывать? – удивился часовой.
- Нада, - уклончиво ответил Главный Ёжик.
- А, ну раз надо, то я пошёл. До свидания, - сказал часовой, приподнял вежливо каску и спрыгнул с моста. Главный Ёжик проследил его полёт взглядом, затем отошёл от ограды махнул лапкой. Стая пришла в движение.

Солнце начало окрашивать самый краешек неба в багряные тона. Утро медленно наступало на ночь и гнало её из всех углов и щелей. Запели птицы. Усталые ёжики сели всей стаей на склоне холма и стали ждать.
- БУМ! – внезапно сказал мост и его обломки полетели высоко-высоко в небо, пугая птиц и самолёты.
- БУМ! – дружно сказали ёжики, одновременно подняв лапки к небу, и счастливо запыхтели. Первый луч солнца прорезал листву и скользнул на землю. Начиналось утро. Ёжикам было ХОРОШО.

Однажды ёжики захотели Луну. Вот так, просто взяли – и захотели. А поскольку ёжики – существа дикие, упрямые и коварные, то если вобьют себе что-нибудь в голову – фиг выбьешь. Даже колотушкой.
Марш-бросок на космодром занял трое суток. Ровно в 9:37 утра по космодромному времени в кабинет Руководителя полётов постучали. Оторвавшись от расчётов и накинув пиджак, он открыл дверь.
- Ну. Кто там ещё? – хмуро спросил Руководитель полётов. За дверью никого не было. «Почудилось, переработал», - подумал Руководитель полётов и захлопнул дверь. Он подошёл к столу и остолбенел. На столе сидел Главный ёжик.
- Нам нужна Луна, - твёрдо сказал Главный ёжик.
- Какая Луна? – осторожно спросил Руководитель полётов и осторожно ощупал галлюцинацию рукой. Галлюцинация зашипела и кольнула иголками. Руководитель полётов отпрыгнул.
- Обычная. Которая на небе висит, - деловито сказал Главный Ёж.
- А Вы знаете, - слегка запнувшись сказал Руководитель полётов, - у нас её нет! – И обрадовался.
- Знаем. Придётся достать, - сказал Ёжик.
- А с какой это стати? – ехидно поинтересовался Руководитель.
- С нами Гринпис, - сказал Главный Ёжик и раздвинул на окне жалюзи. За забором космодрома несколько тысяч демонстрантов скандировали лозунг: «Отдайте ёжикам Луну!» Руководитель полётов выругался.
- Аккуратнее при детях, - вежливо сказал Ёжик.
- Каких детях? – резко обернулся Руководитель полёта. И сел на стул. Кабинет был полон детьми. Они стояли молча, сверля его обвиняющими взглядами, суровые, неподкупные.
- Деда, верни ёжикам Луну! – хмуро сказал внук Руководителя полётов и сделал шаг вперёд.
- Но зачем Вам она?!!! Зачем?!!! - в отчаянии закричал Руководитель.
- Нада, - уклончиво ответил Главный Ёжик.

Луну повесили над лесом. Ночами её холодный, чистый свет лился на землю сквозь ветви деревьев и будил непонятные чувства. Ёжики собирались в стаю, садились на поляне и выли, обратив свои мордочки к Луне. Они были счастливы.